Возникла тема. Мелкая, даже меленькая, - хотя как сказать. Скорее, эксклюзив для эстетов, истинных ценителей прекрасного, а тем, кто решит попенять мне насчет "Орел не ловит мух", отвечу просто: ага. Не ловит. Но поскольку "белорусский сюжет", изрядно меня вымотавший, иссякает к лучшему , могу позволить себе слегка расслабиться. Не срача ради, но развлечения для. Имею право. Итак... Действительно, размещая вчера " Филологическую комедию ", я предполагал, что оппонент умный человек и не станет будить лихо. И ошибся: оппонент все-таки решил блеснуть сиянием остроумия. Что ж, безумству храбрых поем мы песню, и поскольку в песне сей что ни строка, то бриллиант, позволю себе разобрать сияние остроумия по абзацам. Мощный ход мысли оппонента понятен. " Может ли быть что путное из Галилеи ?", - тонко намекает он, подразумевая, что автор книг с такими (реально) аляповато-пропагандонными названиями ничем путным быть не может. Разве что "почетным". Ага. Проблема только в том, что почета (то есть, признания, официального и неофициального) я удостоился совсем за другое. За это , например. И за это . Или за это . А также за это и это . Плюс еще . А также . Да, в общем, и об этом грех не вспомнить. Но главная фишка в том, что оппонент, уцепившись за названия, сам подставляет розовую попку. Поскольку названия, в самом деле, омерзительны, и с ЭКСМО я прекратил сотрудничать, в частности, из-за их дурацкой манеры ставить заголовок, не уведомляя автора, - но за содержание (правдивое изложение некоторых малоизвестных эпизодов истории США) мне краснеть не приходится. И - глупо же самому себя хвалить, - предлагаю желающим книгу прочитать и сделать выводы. Просто чтобы не уподобляться оппоненту, - филологу! - ставящему диагнозы по бессмертному принципу " Сам я романа не читал, но как мать, как женщина осуждаю ...". Это, ясное дело, цитата из меня, - но что же возмущает оппонента аж до красной стрелки? А вот что: Замираю в недоумении. Оппонента возмущает, что часть его цитаты опущена и пропуск отмечен многоточием в скобках, но... Он, как никак, филолог с университетским образованием, и стало быть (по логике) писал диплом. А значит, не может не знать, что этот знак ставится в тех случаях, когда в цитате опушена какая-то неважная, повторяющая основную мысль часть, - но применение этого знака подразумевает обязательную ссылку, чтобы желающие, пройдя по ссылке, могли ознакомиться с цитатой полностью. И эта обязательная ссылка мною дана, - а значит: с чего бы претензии? Видимо, с того, что оппонент, как мы уже знаем, любит осуждать, не читая, и полагает гостей моего блога чем-то типа своей аудитории, по ссылкам не ходящей. Еще раз замираю в недоумении. Весь смысл моей заметки заключался именно в том, чтобы доказать: НЕХТА призывает читателей именно " ликвидировать " ("уничтожать") правоохранителей, а вовсе не просто их " деанонимизировать " ("разоблачать"), как настаивает оппонент, и это подтверждается выводом в заголовок именно термина "ликвидация". Что я и доказывал, и доказал, выразив крайнее удивление тем фактом, что оппонент (еще раз: дипломированный филолог!) не осознает коннотативного подтекста термина, вынесенного НЕХТОЙ в заголовок. Хотя вполне ясно, что НЕХТА рассчитавала именно на тот контингент, который, как сам оппонент, в суть вникать не любит. И опять: я говорил именно это, так к чему претензия? Глубоко вдыхаю. Оппонент с упорством потомственного дятла долбит: дескать, не стоит подменять. Но что же, е-п-р-с-т, я подменяю, если НЕХТА призывает именно (четко и конкретно) к ликвидации , а все прочее суть всего лишь стремление сделать вид, что призывают не к убийствам , а к разоблачениям, используя для этого эвфемизм? На что я и указываю. Но: Нет, далее дискутировать не о чем. Полнейшее научное толкование понятия "эвфемизм" я дал в своей заметке, предложив ссылку на солидную научную статью, и если оппонент удосужился ее прочесть, предмета для спора нет, а если оппонент, как и в случаях с книгой про Америку и многоточием в скобках просто опять не сходил по ссылке, предмета для спора нет тем более. Но куда интереснее другое. В данном пассаже оппонент (ссылкой!) уличает меня в том, что-де я и сам, как НЕХТА, частенько использую эвфемизмы, предлагая пример . Что ж, я, действительно, полагал и полагаю, что грех Герники, Ковентри, Освенцима, Хатыни можно искупить только Лейпцигом, Гамбургом, Берлином и Нюрнбергом. Как в Руанде, где, спасибо м-ру Кагаме, слова "тутси" и "хуту" ныне под запретом, "высокие" и "низкорослые" дружат, женятся, совместно тужат о погибших, а страна уверенно занимает место в первой десятке успешных стран Африки, - но чтобы это стало возможным, все, имевшие отношение к геноциду и не успевшие сбежать навсегда, понесли наказание. Иначе никак. Я в этом уверен, так что, от своих слов насчет "Аллей Ангелов" в городах бУ, откуда на Донбасс ехали каратели, не отказываюсь. Но. Пусть это говорит обо мне скверно, очень скверно. Пусть я плохой, пусть я бомбил Балканы и замучил Корвалана, - однако понимает ли оппонент, что этим сравнением меня с НЕХТОЙ он по факту признает мою правоту в том, что НЕХТА призывает именно убивать ? Судя по всему, не понимает. А теперь - самая изюминка: В принципе, да. Юридически. Но не филологически. Ибо тут имеет место реминисценция известного класического сюжета (с естественным элементом аллюзии ), что филологу, в принципе, должно быть понятно без пояснений. Вот только оппонент, хотя и филолог, не улавливает не только коннотативных контекстов, но и аллюзиальных, не говоря уж о реминисценциях. Или не читал классику, что тоже его, как филолога, не красит. Ну а если чисто по-людски... Не скажу, что я так уж беззащитен, однако, думаю, всякий, потерявший родителей, подтвердит: сколько бы лет тебе ни было, в каком бы статусе ты ни пребывал, как бы идеальна ни была семья, боль не уходит, и иногда остро хочется прижаться к плечу мамы, поговорить с отцом, и от невозможности, от чувства сиротства (а как еще назвать?) подчас скручивает винтом. Что я, в общем, и имел в виду, - но, как уже известно, оппонент, хоть и филолог, к коннотациям глух. Только текст, а подтекста в упор не видит и не чувствует, ни в каких проявлениях . То есть, лишен того, что отличает человека от машины , воспринимая язык не как нечто живое, а подобно копьютерному редактору, чисто технически. Тяжкий случай, для филолога вообще мортальный. А отсюда: Ну что же, не скрою: в дискуссии под "Филологической комедией" я поставил ловушку: зная, что оппонент будет не просто читать саму заметку, но дотошно изучит все комменты, я подбросил ему лакомый кусочек насчет "впадения в детство", - не особо (ибо по инерции считал умным) надеясь, что клюнет. А он таки клюнул. И обратите внимание: никто, кроме него, не купился. Все, почуяв подвох, не рискнули подставляться, и только оппонент подвоха не угадал. Потому что обиделся и возжелал уязвить. Ну и, возжелав, как видим, влетел. Не уловив подтекста , на полнос скаку ухнул. В яму. Начав всерьез ставить диагноз на основе моей наживки, - в полной, похоже, уверенности, что сияет элегантным остроумием. В связи с чем, мне остается только огорченно констатировать, что я знал оппонента и совсем другим. Но, к сожалению, некоторые метаморфозы имеют неизлечимые последствия , - и тут уже ничем не поможешь, можно лишь пожалеть бедолагу. К чему я, разумеется, и призываю своих читателей...