?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry


Полемика с Олегом Дивовым по поводу серии книг Владимира Мединского «Мифы о России», хотя шла подчас в достаточно нервной обстановке, но, на мой взгляд, была полезна. Аз грешный, по ряду частных вопросов получил вполне заслуженный окорот от специалистов (особо благодарю уважаемых Black_Carlos и sha_iulin), и теперь знаю много больше, нежели ранее, о битве при Бородино. Олег, насколько я могу судить, оказался не столь далек от той стратегической линии, которую реализует г-н Мединский, справедливо полагая лишь (и тут спорить сложно), что столь нужное дело следует делать безупречно, так, чтобы и комар при всем желании носа не подточил. В принципе, подводя итоги, осталось лишь добавить от себя, что, по-моему, все-таки неприемлемо говорить о серьезных вещах в ерническо-фельетонной манере, а тем паче, переходя на личности, но, в конце концов, с этим согласилось подавляющее большинство участников дискуссии. Так что на том бы все и завершилось. Но…

Уже пост-фактум свое мнение о «диспуте» и его участниках высказал (http://putnik1.livejournal.com/63239.html?thread=1105415#t1105415) и Андрей Буровский, автор немалого числа книг на исторические темы и, в данном случае, научный редактор «Мифов». Из текста ясно: г-н Буровский возмущен и обижен. Обижен сильно. Настолько, что попытки вести дискуссию в тоне, мало-мальски приемлемом в нормальном кругу ему почти не удаются, а если и удаются, то с видимым усилием. Не стану пересказывать (линк для желающих дан), но основу основ ответа научного редактора процитирую. «Кто бы и что, - пишет он, -  не тявкал, а вот опровергнуть содержащиеся в его книгах факты никто не смог. И не сможет. Тут и меня мимоходом пнули - мол, сомнительные у меня идеи. А вы, любезный, не тявкайте мимоходом, а докажите. поймайте на неверном изложении фактов, будьте так любезны. Пока меня никто не ловил. Даже политические евреи не смогли подать на меня в суд за "Евреев, которых не было". И как научный редактор, за верность изложенного в "Мифах о России" – отвечаю».

 Ну что ж. Сказано четко. Вина за все огрехи (наличие которых, правда, отрицается) честно взята на себя. Это само по себе заслуживает уважения. И, скорее всего, не будь в тексте этого самого «тявканья» в мой и посетителей моего ЖЖ адрес, я бы не стал отвечать. А так, как ни крути, иного варианта не остается. Естественно, безо всяких унизительно-фельетонных приемов (не мой стиль) и безо всякой идеологии (политическим евреем, к счастью, не являюсь), а просто как… ну, как если бы уважаемый коллега прислал мне на отзыв уже отредактированную собой, любимым, рукопись г-на Мединского. А поскольку тема по-волжски широка, ограничусь анализом темы, где ощущаю себя достаточно прочно: одной из ключевых концепций г-на Буровского – концепции взаимодействия власти и народа России сравнительно со странами Запада.

Суть ее в самом е общем виде выглядит примерно так: (а) в России монархи были мягче, человечнее, скромнее европейских, «лишнего» не брали, считали себя «слугами» народа и государства, (б) конфликты, если и случались, то сразу же по возникновении повода, не особо выходя за рамки гуманности и не претендуя на слом Системы как таковой, а если и претендовали, то потому что (в) правящий монарх в силу тех или иных «неправедных» поступков терял в глазах народа некую «нравственную легитимность». В качестве одного из отрицательных, «неистинных» (если совсем точно, «случайных») монархов приведена в пример Анна Иоанновна [Мифы.III. c.294]. Отсюда и начнем. Вопрос, конечно, частный, но позволяющий плавно перейти к более серьезным вопросам.

Утверждение о «случайности» Анны на троне, увы, не выдерживают критики. На самом деле, если кто-то из императриц в XVIII веке и занимал престол закономерно, а не «случайно», так это именно она. Судите сами. По положению, утвержденному Петром, наследник определялся желанием предшественника. Однако реализовать эту норму Петр не смог (помните знаменитое «Отдайте все…»?). Соответственно, далее право наследования определялось обычным порядком, и естественным императором надлежало стать Петру II, как законному наследнику законного наследника и единственному представителю Романовых по мужской линии. Путч Меншикова приостановил передачу престола естественным путем, но всего на два года. Однако после ранней смерти Петра (в связи с тем, что крохотный Петр-Ульрих, сын Анны Петровны, рассматривался как наследник шведского трона и в Россию его никто бы не отпустил) на трон могли претендовать только две женщины – Анна и Елизавета. Причем преимущества Анны были явны и очевидны. Абсолютно законная (в отличие от «привенчанной» Елизаветы) старшая дочь абсолютно законного (более того, «старшего», хотя об этом и не полагалось помнить, царя Ивана). При этом еще и рожденная матерью из старинного московского рода, а не непонятно кем, волей мужа вознесенной в императрицы. И, наконец, венценосная вдова, властительница суверенного (неважно, что маленького) государства.

В общем, не была Анна ни «случайностью» на троне, ни временщицей, а взошла на престол, вопреки мнению г-на Буровского, абсолютно законно, и народом воспринималась именно как «законная» и «истинная». О чем говорит и критерий, предложенный самим же г-ном Буровским – негативная реакция народных масс на царственную персону, которую они считают «не истинной», поскольку в эпоху Анны Иоанновны не было не только никаких крестьянских восстаний, но даже и особых верхушечных заговоров (если не считать таковым дутое дело Волынского). Зато в период правления Елизаветы и Екатерины «народного негатива» было с излишком (минимум четыре заговора в пользу Иоанна VI при первой, около 20 крупных самозванцев, не считая Пугачева, и пара серьезных заговоров при второй). И ясно, почему: обе, вне зависимости от личных качеств, пришли к власти путем верхушечных столичных переворотов, не поддержанных «Землей», свергнув совершенно законных (хоть с ползиций петровского положения, хоть по праву наследования) монархов, и народом воспринимались, используя термин г-на Буровского, как «не истинные». Что, между прочим, вполне имело место и на Западе. Скажем, в Англии, монархи, нарушив «волю Господню» (Эдуард II и Ричард II) или «обычай» (Карл I и Яков II), теряли «истинность» в глазах подданных.

Ошибается  г-н Буровский и в тезисе о «неистинности» в глазах народа Дмитрия I (Лже-Дмитрия), которого народ, дескать, «НРАВСТВЕННО осуждает», а впоследствии и свергает. Нет, конечно, Пушкин был гений, но не стоит, наверное, путать драматургию с политикой и историей (вообще, ссылки в рассуждениях с претензией на научность на художественную литературу, включая поэзию, позднейших, а то и много позднейших времен – метод, присущий «исследованиям» г-на Буровского). На самом же деле, не секрет, что майский мятеж 1605 года в Москве был путчем, подготовленным и осуществленным силами и в интересах старомосковского боярства, без всякого учета мнения «Земли» (то есть, народа). В итоге Земля ответила Москве войной, положившей начало собственно Смуте. Именно восприятие народом царя Дмитрия Иоанновича как «истинного», в отличие от «Васьки-шубника», никем не избранного, а «выкликнутого» кучкой высших сановников, привело к тому, что сотни тысяч простых людей (да и дворянства тоже) сперва откликнулись на призыв  «набольшего царского воеводы Ивана Исаевича Болотникова», имевшего письменные полномочия от «спасшегося царя». А затем и на зов непонятного кого, назвавшего себя «чудом спасенным государем» (не говоря уж о его многочисленных «родичах-царевичах»). Да, конечно, позже об этом не говорилось, напротив, активно опровергалось, но ведь нельзя забывать, как это делает г-н Буровский, о том, что тезис о «массовом отрицании самозванца Землей» был едва ли не основополагающим в официозной историографии периода Романовых.

Итак, концепция «истинности, как нравственной легитимации, противопоставляемой легитимации юридической», предлагаемая г-ном Буровским в качестве доказательства особого, выигрышного по сравнению с Западом российского самосознания, при ближайшем рассмотрении не выдерживает критики. В связи с чем обрушивается и другой концептуальный тезис «научного редактора» - о «положительной специфике» восстаний на Москве в отличие от «разрушительного» их характера в Европе.

Не удержусь от цитат. «(…) Очень рациональный, очень рассудочный бунт. Потому так конструктивен народ, что не терпел десятилетия, набираясь ненависти (…) Бунт проходил совсем не так, как в Европе – это факт. Ни патологической агрессии всех против всех, ни дикой жестокости… тоже всех, ни безумия доведенных до отчаяния низов… [c.c. 314-315]». Короче говоря, «Большая часть русских бунтов протекала в рамках Системы» [c.347] и никак «не была тождественна взрывам отчаяния людей, замордованных до потери чувства самосохранения, жакерии, восстанию Уота Тайлера или Томаса Мюнцера» [c.348].  Увы, уже вот это перечисление событий через запятую, уравнивающее их, говорит о том, что г-н Буровский скверно понимает суть событий. Достаточно перечесть хотя бы «Крестьянскую войну в Германии» Ф. Энгельса, чтобы понять, что эта война (даже в наиболее радикально-сектантском, мюнцеровском исполнении) как раз и была классическим протестом в рамках Системы, ничуть не направленной на ее уничтожение. Крестьянство, а также мещанство и немалое количество мелкого дворянства всего лишь (точно так, как, по мысли г-на Буровского, и в России), протестовали против внедрения «несправедливых» новаций. Причем протестовали в рамках правил, заручившись правильно (с привлечением юристов!) оформленными требованиями (12 статей, ничуть не противоречащих законам и обычаям) опираясь на решения общинных сходов или городских магистратов. В обязательно порядке – с утвержденным знаменем (без знамени восстание просто не начиналось). И об особой кровавости Крестьянской войны тоже говорить не приходится (даже единственный [!] известный пример расправы крестьян с пленным магнатом, графом Гельфенштейном, был не убийством, а казнью по решению суда присяжных, где обвиняемый имел право на защиту). Еще круче прокол г-на Буровского с Англией, где все (!!!) восстания – и 1381, и 1450, и 1537, и 1549 годов (смотри хотя бы солидный труд Чарльза Поулсена «Английские бунтари») проходили строго в рамках Системы, под непременным лозунгом «За короля и его верные общины!» и были направлены исключительно против «несправедливых новшеств». Виновниками которых, как и в России, считались «злые советники». Именно их, по списку, убивал (или настаивал на смертной казни) народ. Ничуть не посягая, как и в России, на персону короля (Уот Тайлер, как известно, даже занял Тауэр, не причинив, однако, никому из его обитателей ни малейшего ущерба). Но, в отличие от России, не устраивая массовых грабежей (известен прецедент, когда в горящий дом казненного судьи бросили одного из повстанцев, попытавшегося чем-то поживиться). И, наконец, прямой контакт монарха с народом и достижение личных договоренностей (по мысли г-на Буровского – специфическая и позитивная черта российских бунтов) на самом деле имел место на Западе. В той же Англии не только Ричард II напрямую договорился с общинами на Смитфилдском поле, но и такой тиран-эгоцентрик как Генрих VIII в 1537-м тоже напрямую договаривался с Робертом Аске.

В общем, из всего длинного ряда перечисленных г-ном Буровским «западных» восстаний НА его концепцию «работает» разве что Жакерия, бунт тупой и чудовищно жестокий. Но при ближайшем рассмотрении не работает и он. Поскольку все эксцессы Жакерии были как раз и обусловлены полным отсутствием Системы, к которой можно было бы апеллировать. Дело-то было в 1358-м. Короля нет, он в плену. Наследник-регент тоже фактически в плену, только у «ревкома», захватившего власть в Париже. Генеральные Штаты взбесились и менее всего думают о законности. А в стране (вернее, в той ее части, где разразилась Жакерия) – полный бардак. Война всех со всеми, и все грабят, жгут и насилуют. И бунт бессмысленный, беспощадный становится вовсе не плодом слишком долгого терпения (как полагает г-н Буровский), а, напротив, естественной и очень быстрой реакцией крестьянства на бессмысленность и беспощадность беспредела.

В принципе, читал г-н Буровский много. Запомнил тоже немало. А вот сказать, что в прочитанном разобрался, не рискну. Иначе, скажем, не стал бы приводить в качестве доказательства «долготерпения» западных людей и «реактивности» русского люда свои предположения по динамике бунтов и «праву первой ночи». Предположения, подчеркну, не просто ошибочные, но и легко опровергаемые. Первое – путем сравнения временных промежутков между вспышками протеста: Англия – 1381/1450/1537/1549/1642, Франция - 1250/1314/1358/1413/1565/1652-79, 1704, Pоссия – 1606/1648/1670/1707/1773). Второе – путем элементарного анализа фактов. Ведь, если уж на то пошло, «право первой ночи» имело место и на Руси, только отменено и заменено выкупом было, согласно мнению таких мастодонтов, как Шлецер, Татищев и Елагин, гораздо раньше, чем в Европе. После чего в России стало не правом, а незаконной прихотью, подлежащей наказанию даже по закону, не говоря уж о понятиях, в то время как на Западе оно оставалось именно Правом, частью писаного законодательства (Ius primae noctis) и потому воспринималось, как пусть и весьма неприятная, но законная подать натурой. Г-н Буровский, рассуждая на эту тему, перечисляет целый ряд убийств и поджогов на Руси, вызванных господскими прихотями, и делает вывод, что в Европе «неизвестно ни одного восстания, ни одного убийства феодала по этому поводу» [с. 323]. Но – пардон! Ведь, во-первых, и на Руси тоже неизвестно (те поджоги и убийства, о которых он пишет, под категорию «восстание» никак не подпадают), а во-вторых, если честно, похоже, он просто не удосужился поискать литературу. Например, Огюст Эрве («Мир Капетингов») вполне однозначно указывает на то, что именно «ставшие рутиной покушения на сеньоров уже к концу XII века привели к замене реализации Droit de prélibation натуральным или денежным выкупом, что быстро вошло в общий обычай». То есть, как русские, так и западные крестьяне реагировали на это строго в рамках своего ПРАВОСОЗНАНИЯ, только одни реагировали на НАРУШЕНИЕ закона, а вторые признавали СУЩЕСТВУЮЩИЙ закон, посильно борясь за его смягчение (теми же средствами, что и их русские друзья по несчастью). В этом плане невероятно смешно выглядит отсылка г-на Буровского к прекрасному фильму «Храброе сердце» - единственному, по его мнению, примеру, где западные люди начали восстание из-за «права первой ночи». На самом деле, и это подтвердит всякий, кто видел фильм, восстание начинается не из-за невесты (жених скрипит зубами, но терпит, поскольку – Закон), а из-за УБИЙСТВА, что никаким законом обусловлено не было. Впрочем, г-ну Буровскому, видимо, присуще перевирать данные даже ссылаясь на голливудские киноленты.

Подводя итоги, еще раз отмечу: труд Владимира Мединского, на мой взгляд, что бы кто ни говорил, однозначно необходим и своевременен. Автором сформулирована Идея и создана Концепция. Стиль автора легок и доступен. Свою роль в воспитании молодежи (да и многих взрослых) трехтомник, несомненно, сыграет. Короче, автору от меня опять респект. Но, поскольку, как было не раз отмечено в  ходе дискуссии, ложка дегтя способна испортить огромную бочку самого лучшего меда, Владимиру  Ростиславовичу впредь, видимо, есть смысл, как минимум, лично проверять и анализировать факты, подготовленные для включения в текст научным редактором.

Comments

( 9 comments — Leave a comment )
ex_vt25
Mar. 13th, 2009 05:56 pm (UTC)
В своих писаниях 90-х годов ("Русская Атлантида", например) Буровский излагал все совсем иначе: прославлял западный путь развития, хаял русский и сильно жалел, что ядром воссоединяющихся русских земель стала Москва, а не ВКЛ. Как бы вот помягче охарактеризовать этакую научную ветренность? На личности не переходя? Мне отчего-то в голову приходит известное определение Лениным сущности Троцкого...
putnik1
Mar. 13th, 2009 06:00 pm (UTC)
Все-таки
переходить на личности - последнее дело. Этот человек просто бойкий, пробивной полуграмотный в смысле истории (не в смысле фактов, а в смысле их понимания) дилетант-самоучка. У него бывают интересные идеи, но и только. Зато амбиции, судя по всему, шириной с Черное море.
efanow
Mar. 14th, 2009 06:08 pm (UTC)
Re: Все-таки
Левка! Буровский еще в недавнем прошлом жил в Красноярске. И мы неоднократно общались. Считаю его редкостным мудаком.
Начиная с того, что его очень не любил мой отец, умерший 8 лет назад.
Бур, после ваяния "России, которой не было" и "СИбирской жути" (которой лучше бы не было) возомнил себя великим. они в пух и прах разосрались с Бушком.
За одно из высказываний Буровского решили пороть казаки. и я ездил от редакции газеты "Честь и родина" (где тогда отсечил) усмирять :) казачество.
te_el
Mar. 14th, 2009 08:36 am (UTC)
Элементарно охорактеризовать. Рыночный торгаш, толкающий не гнилые фрукты, а гнилые псевдоисторические басни. И меняющий ассортимент без зазрения совести.
themalcolm
Mar. 13th, 2009 07:21 pm (UTC)
Спасибо, разбор очень интересен.

Ну, и про "политического еврея" - убило. :) Теперь я знаю, что себе в профиль вписать :)
te_el
Mar. 14th, 2009 09:02 am (UTC)
Буровский - ярый поклонник Ельцина и "реформаторов" и очень охотно называет быдлом тех, кто мнения этого не разделяет. Оно и понятно: в менее беспредельное время этот "доктор наук" и "профессор" был бы отчислен за неуспешность максимум со второго курса института.
afranius
Mar. 14th, 2009 07:46 pm (UTC)
"Даже политические евреи не смогли подать на меня в суд за "Евреев, которых не было".
---------------
Ой... "Расовые еврейские жЫды" (тм), практически...
Матерый человечище.
putnik1
Mar. 14th, 2009 07:55 pm (UTC)
Да брось...
Это штрих, но не в этом дело...
afranius
Mar. 14th, 2009 07:59 pm (UTC)
Re: Да брось...
Это, Лёва, не штрих, а _симптомчик_; из того самого классического анекдота.
( 9 comments — Leave a comment )

Latest Month

September 2019
S M T W T F S
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930     

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner