?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry



Продолжение. Ссылки на предыдущее здесь.




Львы и черти

И вновь напоминаю, ибо никак не обойтись: огромная сложность рассказа о Ла-Плате заключается в том, что излагать линейно невозможно. Ибо параллельно идет рассказ сразу о трех государствах, Аргентине, Уругвае и Парагвае, но при этом сама Аргентина в то время представляла собою 14 государств, живших и вместе, и одновременно порознь, и сосредоточиться на Буэнос-Айресе, вовсе не учитывая происходившее в других провинциях, означает ничего не рассказать.

Но, с другой стороны, и в деталях описывать нюансы пусть важных, но мелких, похожих одна на другую интрижек и войнушек, неизбежно рассыпая пригоршни однотипных имен, недопустимо. Внимание рассеивается, важное тонет в неважном, канва теряется. А потому специально буду поминать только провинции, имевшие определяющее значение, без которых не обойтись: Санта-Фе, Энтре-Риос, Коррьентес. Ну и, конечно, бывшую Banda Oriental, ставшую государством Уругвай.

Ну как «ставшую»… Мало учредить страну, нужно создать ее. А с этим было сложно: у Монтевидео и Колонии, солидных торговых портов, не было ничего общего с пампой и ее caudillos. Города предлагали пампе сосуществование по принципу «Байрес и провинции», то есть, «вы будете продавать нам скот и покупать у нас товары по той цене, которую мы скажем», и пампе это очень не нравилось, - в связи с чем, начало формироваться что-то типа прото-партий: Blancos («белые»), в честь патриотов, некогда отбивавших у испанцев Монтевидео, и Colorados («цветные»), в честь испанцев, некогда защищавших город от «варваров». А поскольку ни программ, ни уставов не было и в помине, группировался народ вокруг  лидеров Освободительной войны.

Вождем «цветных», ностальгически вспоминавших о власти испанской и власти бразильской, стал, естественно, Фруктуозо Ривера, не видевший в политике никого, кроме себя, а вождем «белых» - Мануэль Орибе, уважаемый степью и очень не любивший генерала Риверу, как «предателя». Был, правда, еще и Антонио Лавальеха. Его все очень уважали, и даже моральным лидером Blancos считался именно он, однако своей группы «Стрелок» не имел, поскольку слишком напоминал «королям пампы» Артигаса с его «уравнительством».

Так что, в 1830-м первые в истории Уругвая президентские выборы выиграл генерал Ривера, опиравшийся на солидных просвеженных горожан, да и вне городов имевший поддержку, ибо фантастическую храбрость его ценили многие, а в порядке «национального примирения» предложил «белым» серьезные посты в армии. На что Орибе, подумав и посоветовавшись с партией, сказал si, а Лавальеха категорически отказался.

Как вскоре выяснилось, править генерал Ривера не умел и не любил, он любил и умел только воевать, а если не воевать, то развлекаться. И потому колесил по стране, устраивая приемы и придумывая войны (под горячую реку попали индейцы, вполне лояльные гуарани и чарруа, которым устроили чистой воды геноцид, даже в книгах почитателей дона Фруктуозо осторожно именуемый «абсурдным и безрассудным»). Да и вообще, на законность особого внимания он не обращал, скажем, личным указом разрешив строго запрещённый Конституцией ввоз негров-рабов, назвав их «поселенцами под патронажем».

А поскольку править страной все же как-то надо, сеньор президент сдал Уругвай в доверительное управление своим друзьям по бывшему «клубу барона», прозванным в народе «пятью братьями», в честь вороватых чертей из старинной сказки, как характеризует их Карлос Реаль-де-Азуа: «Самым хорошим администраторам, но и самым непатриотичным, к тому же, извлекавшим из управления личную выгоду».

В итоге, хотя кое-что и делали (отремонтировали порт, основали школу, выпустили деньги), жить гражданам стало куда тяжелее, чем при колонизаторах и оккупантах, и граждане начали реагировать. Правда, стихийные мятежи власти подавляли довольно быстро, - лично Ривера с наслаждением отправлялся усмирять, а бразильцы ему помогали, чем могли, - и когда «Стрелок» в 1832-м сел на коня, за ним мало кто пошел, и пришлось бежать за рубеж. И в марте 1834 года, когда он вернулся, получив поддержку Росаса, с которым близко дружил и который друзей не бросал, а «пробразильского» Риверу тоже считал предателем, тоже ничего не вышло.

Тем не менее, каденция Риверы подходила к концу, права избираться на два срока подряд Конституция не предусматривала, фокусы «пяти братьев» достали даже патрициат Монтевидео, и все шло к тому, что на выборах победит Антонио Лавальеха, чего опасались многие. И Ривера нашел (не сам, конечно, мудрые «братья» подсказали) шикарный вариант: предложил стать своим преемником Мануэлю Орибе, считавшемуся «стрелковцем», но вполне лояльному, честно служившему законной власти и уже даже ставшему военным министром.

Типа, нет ничего важнее национального примирения, а потому «цветные» готовы отдать «белым» высший пост, а в порядке компромисса он, Фруктуозо Ривера, станет командующим армией. Орибе, подумав, сказал «да», и 24 октября 1834 года, когда Ривера подал в отставку, стал врио главы государства, после чего победа на выборах 1 марта 1835 года никого не удивила.

Компромисс, однако, не получился. Сразу же выяснилось, что казна пуста, аппарат прогнил насквозь, зато окружение Риверы безмерно обогатилось, а сам Ривера повсюду расставил своих людей и старается контролировать страну, как раньше, прикрываясь «белым» президентом. Орибе, однако, был не из тех, кто готов служить ширмочкой, - и начал расследования по фактам коррупции, что само по себе не понравилось бывшему лидеру.

А тут еще в бразильском Риу-Гранди-ду-Сул началась Farrapilla (подробно - в главах о Бразилии), возникла республика, и Ривера, не спрашивая разрешения президента, поддержал инсургентов, со многими из которых дружил еще со времен бразильской оккупации. Естественно, президента Орибе, вовсе не собиравшегося бить горшки с Империей, такое самоуправство взбесило, и Ривера был отстранен от командования.

Все это дон Фруктуозо, разумеется, воспринял как подкоп под себя лично, в связи с чем, в июле 1836 года начал мятеж, и практически сразу же, 1 августа на побережье Уругвая высадился Лавальеха, решивший, что раз амиго Мануэль не марионетка «предателя», как они с Росасом думали, значит, ему нужно помочь. Естественно, его встретили с распростертыми объятиями, вернули чин, звание, и 19 сентября «Стрелок» с огромным наслаждениям порвал войска Риверы при Карпентерии, не оставив «амиго Фруктуозо» иного выхода, кроме как сбежать в Республику Риу-Гранди, которой он так помог, - просить помощи.

Разумеется, «фаррапус» в долгу не остались, выделили войска, а аргентинских эмигрантов, прятавшихся у них, и просить не надо было, они готовы были встать под знамена хоть черта, лишь бы против Росаса, и в 1837-м Ривера опять ворвался в Уругвай, круша на своем пути все, не признававшее его законным президентом.

Однако ни его солдат, ни риуграндийских, ни эмигрантов, ведомых Хуаном Лавалье, - тем самым «героем» 1829 года (постоянные упреки в «предательстве идеалов» ему так надоели, что он к этом моменту стал «ультра-унитарием»), - для победы не хватало. И не хватило бы, не возникни на горизонте новый фактор. И если кто-то думает, что в переносном смысле, для красного словца, он ошибается: прямее некуда. Именно на горизонте, без всяких кавычек…



Корабли идут на бастионы

Война с Боливией, - мелкая, не очень нужная, для Росаса, по сути, просто декларация претензий на влияние, и вскоре заглохшая сама собой, - потянула за собой весьма пушистый хвост. Ибо за спинами воевавших по ту сторону Анд стояли «Великие Силы». Сэры поддерживали Чили, за спиной же Перу и Боливии стояла Франция, а у Франции были свои интересы. Если Бурбоны, вернувшиеся в Париж после крушения Бонапарта, были в полном смысле слова марионетками Лондона, то «Июльская монархия» Луи-Филиппа сделала попытку (и более-менее удачную) ослабить ошейник, реально вернув la belle France былое влияние, и не только в Европе.

Так что, хотя именно Луи-Филипп наконец-то признал независимость бывшей Ла-Платы (для Луи XVIII и Карла Х это было немыслимо), дружбы не получилось. Просто потому, что Буэнос-Айрес полностью ориентировался на Лондон, - а следовательно, элементарная политическая логика диктовала Парижу интерес к Уругваю. Ибо Монтевидео во всех смыслах был кусочком, лакомее Байреса.

Речной порт, морской порт, «альтернативные ворота» в приморские провинции etc. И поскольку все попытки Парижа добиться таких же льгот, какие имел Лондон, сорвались, Росас стал проблемой, которую следовало решить. Тем паче, что в 1836-м по его распоряжению были взвинчены пошлины на заграничные товары, приходящие из Монтевидео (то есть, французские), и это сделало торговлю Франции с Уругваем убыточной.

В итоге, в Париже решили, что Росас стал проблемой, которую следует убрать, - и начали работу с молодыми интеллектуалами из хороших, вполне «федералистских» фамилий, помешанных на «европейских ценностях», в первую очередь, «идеалах революционной Франции». Такие юноши бледные со взорами горящими есть везде, и в Байресе они тоже имелись.

В июне 1837 года возник даже некий «Литературный салон», где велись всяческие разговорчики,  - однако ни сам «тиран», ни ужасная Mazorca на говорунов внимания не обращали. Потому что не «унитарии» же, а если так, то пусть себе щебечут. Только когда ребята опубликовали памфлет «Предварительный фрагмент к изучению права», где намеки были чересчур прозрачны, салон прикрыли, а сеньор Энкарнасьон на приеме попросила пап и мам передать деткам, чтобы не зарывались. Это, однако, деток только раззадорило, и они начали выпускать еженедельник «Мода», примерно на ту же тему: как все хорошо в просвещенной Франции и как все жутко в Байресе. И опять без последствий, - но тут грянуло «дело Бакле».

Почти случайно, кстати, грянуло. Таможенники, проверяя груз, поступивший из Франции, нашли бочку с двойным дном, и оказалось, что торговый дом Жака Франсуа Бакле, купца, давно осевшего в Байресе, потихоньку снабжает диссидентов литературкой, за которую в самой Франции сажали, - публикациями Огюста Бланки и Джузеппе Мадзини, основателя «Молодой Италии», - а заодно (это выяснили уже дознаватели) и расспрашивает пылких юношей о чем их папеньки ведут беседы в салонах и кулуарах.

Это, по любым меркам, тянуло на подрывную деятельность и шпионаж, и месье Бакле с сотрудниками, естественно, арестовали. Говорунам же опять, кроме «атата» ничего не было, разве что «Моду» прикрыли, - и тогда они решили бороться с режимом подпольно, основав общество «Молодая Аргентина» во главе с двумя «трибунами», Эстебаном Эччеверия и Хуаном Батиста Альберди. В основном, конечно, тот же треп, но уже с обсуждением «что делать».

И вот тут-то на рейде Байреса и Монтевидео появилась солидная эскадра под французским триколором. Официально как напоминание о том, что дружественную Боливию в обиду не дадут, - но реально на эту тему не прозвучало ни слова. Требования (вернее, ультиматум) был куда конкретнее: месье Бакле освободить, убытки возместить, за моральный ущерб Парижу заплатить, но главное – отменить пошлины на французские товары и уравнять месье в правах с сэрами.

А когда «Тигр» ответил категорическим no, французский адмирал 28 марта 1838 года объявил блокаду Буэнос-Айреса и всего побережья, при этом сообщив всем лидерам провинций, что санкции будут сняты с любого, кто «восстанет против тирана в защиту попранных им прав человека и гражданина». Параллельно всем эмигрантам Байреса, осевшим в Монтевидео, не глядя на политический окрас, дали понять, что настал час, и Франция готова помочь всем борцам за Liberte, - и выстроилась очередь.

При этом, лидеры мелких, меленьких и мельчайших «Движений за Освобождение» и «Освободительных Фронтов», отталкивая друг дружку от адмиральской каюты локтями, вели себя так суетливо, что французы попросили как-то упорядочить процесс, в связи с чем, возникла «Аргентинская комиссия», нечто вроде центра оппозиции, в составе которой все друг друга ненавидели, но на все условия Парижа хором отвечали «Perfecto!», без вопросов и размышлений. Со стороны выглядело это, как минимум, неприлично, - французы втихомолку посмеивались, - но борцы с «тиранией» этого предпочитали не замечать,

как не замечали и того, что условия Парижа, которые они приняли без обсуждений, по сути, превращали страну в колонию. Напротив, как писал позже Доминго Сармьенто, не оказавшийся в этой толчее только по молодости, «аргентинские эмигранты были возмущены наглыми требованиями Парижа, считали их по меньшей мере высокомерными, но они рассчитывали разбить тирана вооруженными силами Франции, считая определенное подчинение французам меньшим злом, а кое-кто и поводом для гордости».

В общем, встали на довольствие. По выбору французского адмирала определили военного лидера – этнического француза генерала Хуана Лавалье (того самого, «героя» 1829 года, за время эмиграции озлобившегося и ставшего «ультра-унитарием»), получили сколько-то денюжек и начали формировать «Освободительную Армию». Одновременно приходили и приятные новости из приморских провинций: предложение Парижа насчет отмены санкций многим понравилось, - и разумеется, не остался в стороне от процесса отсиживавшийся в мятежном Риу-Гранди-ду-Сул генерал Фруктуозо Ривера.

С ним разговор был отдельный. Поскольку законный президент Уругвая, Мануэль Орибе, верный союзу с Росасом, французам в пользовании уругвайских портов для блокады отказал, в Париже решили его сместить. И связавшись с Риверой, предложили ему предать старых союзников-фаррапус, взамен получив помощь от Франции и Бразилии. В принципе, по понятиям пампы предложение было крайне оскорбительным: «Лавальеха, - пишет Пабло Энрикес, - на подобное письмо не стал бы отвечать, а Орибе мог и расстрелять посланца», но дон Фруктуозо, человек широких взглядов, согласился мгновенно и увел своих солдат, известив бывших друзей, что они, поскольку мятежники против законного императора, теперь ему совсем не друзья.



Альтернатива есть!

Зашевелились и в Байресе. 25 мая 1838 года, в День Революции. на стенах нескольких зданий появились надписи: «Да здравствует 25 мая! Смерть тирану Росасу!». Правда, осуществив этот акт мужества, большинство членов «Молодой Аргентины», хотя их никто не искал, немедленно сдриснуло в Монтевидео, а кое-кто и дальше: например, сеньор Альберди домчался аж до Чили, где вскоре стал преуспевающим адвокатом. А оставшиеся, - так называемый “тайный «Комитет пяти»”, включая самого Эстебана Эччеверия, - стали настолько тайными, что их вообще было не видно и не слышно, и лишь после полной перемены декораций они вышли на первый план, как «герои Сопротивления».

Санкции, между тем, ударили, и про «импортозамещение» (о святые, наивные времена!) Росас даже не заикался. Напротив, 8 июня 1838 года он созвал Ассамблею и доложил все, как есть. Да, трудно. Франция, как ни крути, великая держава, мы это принимаем, и наш военный бюджет с ее военным бюджетом смешно сравнивать. Да, многие наши союзники ненадежны, потому что боятся или куплены. Да, перебои с хлебом и цены растут. Да, все вы (и я тоже) несем серьезные убытки. И да: Лондон, который, по идее, должен поддержать, пока что молчит, а может быть, и вовсе не поддержит, потому что у англичан нет друзей, а есть интересы, и эти интересы с тройным дном. Но.

Все доводы о том, что мирному процессу по версии Парижа нет альтернативы разбиаются о том факт, что речь идет «о защите чести и независимости страны».  То есть, по самому большому счету, о будущем наших детей, потому что независимость частичной не бывает, а единожды поступившись честью, потом будешь терпеть все. И не следует ссылаться на наши «особые отношения» с Англией. С Англией у нас отношения именно особые потому-то, потому-то и потому-то, а Франция требует односторонних уступок, словно мы с вами - какое-то индийское княжество.

Поэтому я, Хуан Мануэль Ортис де Росас, буду воевать, и мне плевать, что Франция – великая держава, а Лондон может и не помочь. Но поскольку война есть война, я, хотя имею все полномочия решать сам, спрашиваю вас: готовы ли вы терпеть убытки во имя чести и победы? Если да, хорошо. Если нет, я ухожу в отставку, и буду воевать сам, собрав тех, кто пойдет за мной. Короче, очень честно выступил, - и Ассамблея, не без крика обсудив вопрос, поддержала Росаса, а на улице бушевали демонстрации в поддержку «Защитника Отечества».

Судя по «Истории Великой войны» Шарля Перье, французы такого не ожидали. Предполагалось, что Росас, взвесив ситуацию, дрогнет и пойдет на переговоры. Но как получилось, так получилось, и месье включили план B, в первую очередь, спустив с поводка Риверу, уже перевооружившего своих бойцов за счет Бразилии, а от эскадры получившего пушки, инструкторов плюс (как бонус) талантливого стратега Хуана Лавалье, - и 15 июня полевая армия Уругвая была разбита при Пальмарес, после чего путь на Монтевидео стал чист.

В принципе, это не было финишем, хорошо укрепленный с суши город мог держаться долго, и Росас обещал подкрепления морем.Однако 7 октября французы, не имея на то никаких юридических оснований, уничтожили уругвайский флот, затем, 10 октября, заняли остров Мартин-Гарсия, основную базу аргентинского ВМФ, и вновь предложили Росасу поговорить, в ответ на что «тиран» процитировал Камброна при Ватерлоо: «Merde!». Он был уверен в себе и своем городе, где вопрос с «пятой колонной» был если и не совсем снят с повестки дня, то, во всяком случае, перестал быть актуален.

А вот у Орибе вариантов не осталось. Там чисток не было, и сolorados, полностью державшие под контролем столицу, терпели деревенщину-blancos, но только пока она не забывалась, и с нетерпением ждали сеньора Фруктуозо. Их вполне устраивали и французы, и бразильцы, которым они когда-то верно служили, и когда войска Риверы подошли к городу, 21 октября делегация «патрициев» предложила президенту, который «довел мирную страну до кровопролития» уйти с поста по-хорошему.

Учитывая, что город был в осаде, а основные силы состояли из горожан, то есть, клиентов colorados, дон Мануэль принял единственно верное решение. В отставку он подал оговорив, что «подчиняется насилию» (на эту приписку «патриции» не обратили внимания), и с самыми верными людьми на английском корабле Sparrohawk («Стрелку» тоже нашлась каюта) отбыл в Буэнос-Айрес, где Росас принял его как законного президента Уругвая.

Ситуация изменилась радикально. Если раньше Байрес мог рассматривать Уругвай, как надежный тыл, теперь все стало совсем иначе. Ривера, - сперва в статусе «диктатора», а затем и президента (послушная Ассамблея единогласно поддержала), согласно договору с французами, официально объявил Буэнос-Айресу войну, а затем, как и в первую свою каденцию, передав страну на попечение «пяти чертям», объявил набор новой армии.

Параллельно полыхнули мятежи в мелких северных провинциях, решивших, что уже можно, и в провинциях приморских, - но, правда, везде, кроме Коррьентес (основного конкурента Байреса) ответом на мятежи стали контр-мятежи, и занялась «малая гражданская война», что в планы французов никак не входило, а Росасу позволило готовить контратаку спокойно, не гоня коней.

Хотя, конечно, было трудно. Тем более, страшно ударила личная потеря: 20 октября скоропостижно, всего 43 лет от роду умерла жена, - судя по всему, от инфаркта. Успев перед кончиной, ненадолго придя в себя, сказать: «Росас, я не дезертирую. Твоего офицера отзывает высшее командование, и я попрошу подкреплений». Эта смерть потрясла «Тигра», но не только его: на похороны пришло почти 30000 человек (из 60000 портеньос того времени), и даже эмигрантская пресса, пусть со злобой, но признала, что в скорбной процессии «красные» были только «каплями в сером море плебса, ценящего подачки выше Идеалов Свободы».

Сеньору Энкарнансьон похоронили под многолосый плач, орудийный грохот   и колокольный звон, «реставраторы» и Mazorca официально объявили покойную покровительницу святой, а вдовец с окаменевшим лицом (в эти дни, как указывают мемуаристы, его рыжую гриву пробила седина) в надгробном слове сказал: «Я обещаю тебе, жизнь моя и сердце мое, и всем вам, друзья мои, победить врагов и предателей». Именно так сказал «Тигр», - а все провинции знали, что «Тигр» не бросает слов на ветер.

Продолжение следует.

Comments

( 21 comments — Leave a comment )
uda_os
May. 13th, 2017 06:06 pm (UTC)
На верхней картинке шесть чертей...
putnik1
May. 13th, 2017 06:26 pm (UTC)
Пять. И один человек. Скряга, у которого черти воруют деньги.
RomanObuhov_2
May. 13th, 2017 07:37 pm (UTC)
независимость частичной не бывает, а единожды поступившись честью, потом будешь терпеть все

Что мы в РФ и наблюдаем. Минимум три последних года.
livejournal
May. 13th, 2017 07:45 pm (UTC)
ТАНГО В БАГРОВЫХ ТОНАХ (22)
Пользователь selestafox сослался на вашу запись в своей записи «ТАНГО В БАГРОВЫХ ТОНАХ (22)» в контексте: [...] Оригинал взят у в ТАНГО В БАГРОВЫХ ТОНАХ (22) [...]
RomanObuhov_2
May. 13th, 2017 08:34 pm (UTC)
Донецкие Хакеры)))
Один из продуктовых магазинов в центре Киева выдавал покупателям чеки с оскорбительными надписями в адрес президента Украины Петра Порошенко и словами «Донбасс рулит».

tvzvezda. ru/news/vstrane_i_mire/content/201705132132-mc9r.htm
(Deleted comment)
RomanObuhov_2
May. 14th, 2017 08:00 am (UTC)
https://vz.ru/news/2017/5/14/870126.html
Президент Украины Петр Порошенко заявил, что не посетит финал «Евровидения», который проходит в субботу в Киеве, из-за обстрела Авдеевки, где погибли люди.

Интересно, как бы повел себя здесь партнер Путин?
В свое время поехал на ЧМ по футболу под аккомпанемент обстрелов русских городов Донбасса...правда, там же "не россияне" с другой стороны-то...
eugene_df
May. 14th, 2017 05:07 am (UTC)
ЛР, Стрелков крышей поехал?

Наткнулся у него в блоге на статью о вреде микроволновок для мозга. Полагаю, исходя из данной статьи, что бедняга в полевых условиях регулярно использовал СВЧ-печку. Иначе этот кошмар объяснить затрудняюсь.

Если до этого, Игоря Ивановича уважал, хоть и не без некоторой иронии, то теперь, воспринимать его иначе как "пациента РенТВ" просто не могу. Ожидаю появления статьи про ящериков с Небиру захвативших власть в Атлантиде откуда они правят миром заставляя всех есть ГМО из СВЧ.

Блин, кто знает, куда ему шапочку из фольги выслать?

Мракобесие - зашкаливающее...
eugene_df
May. 14th, 2017 05:10 am (UTC)
Вот, что бывает, когда читаешь библию вместо учебника по физике.

RomanObuhov_2
May. 14th, 2017 07:55 am (UTC)
Мы его не в главы АН выбираем.
Я для себя так решил - политические воззрения правильные, Россию любит, русских готов защищать, что доказал делом...равно как поставить интересы общего дела выше, например, личных монархических убеждений. А условными "микроволновками" займутся профильные специалисты.
onir
May. 14th, 2017 08:02 am (UTC)
Поверьте, то же самое происходит и когда читаешь учебник физики вместо Библии.
il_lungo
May. 14th, 2017 06:13 am (UTC)
1. Пруф?
2.. электромагнитное излучение действительно, мягко говоря неполезно для человека.
eugene_df
May. 14th, 2017 06:34 am (UTC)
Пруф в его вк. Одна из последних записей.

А СВЧ, конечно, не полезно. Но не через еду же!
il_lungo
May. 14th, 2017 07:32 am (UTC)
Я постоянно заглядываю в вк Стрелкова но такого не замечал.
Ах про еду из микроволновки. Та4 факт давно известный что еда разогретая в свч не та что даже с электроплиты и тем более не та что на дровах и древесном угле. Ибо свч излучение раскачивая атомы и молекулы меняет струтуру этих больших органических молекул. В отличии от обычного разогрева где теплопередается непосредственным контактом с теплоносителем.
Max Absaz
May. 16th, 2017 01:11 pm (UTC)
читаю его вк постоянно. Такой записи там НЕТ. Так что пруф, или, батенька, "поздравляю соврамши" ©
creaturanihil
May. 14th, 2017 09:43 am (UTC)
Ойген...:-)
<Если до этого,... то теперь...>
Если то этого я насыфать Фас про себья "Кац" и хотеть немношко разстрельять, то теперь буту насыфать Фас "Кацхен" и хотеть покладить по головка, гут?
RomanObuhov_2
May. 14th, 2017 07:44 am (UTC)
www.rbc.ru/politics/14/05/2017/5917e5c29a794765c992ec40?from=main
Ракета, запущенная КНДР, упала в непосредственной близости от РФ, заявил Белый дом. По данным источников CNN, она приземлилась в 96,5 км от Владивостока.

хехе
RomanObuhov_2
May. 14th, 2017 07:48 am (UTC)
vz.ru/news/2017/5/14/870137.html
"Путин сыграл на рояле перед встречей с Си Цзиньпином"

А шо, будет чем потом на жизнь зарабатывать.
Если не позовут пиццу рекламировать, как Горбачева Эм Эс.
RomanObuhov_2
May. 14th, 2017 07:57 am (UTC)
Перед встречей с председателем КНР, Путин сел за рояль и сыграл «Московские окна» Тихона Хренникова, а также мотив «Города над вольной Невой».
Напомним, Путин находится с двухдневным визитом в Китае. В ходе открытия форума «Один пояс – один путь» Путин обратился к собравшимся политикам с призывом развивать евразийское партнерство и отказаться от воинственной риторики.
serdzeved
May. 14th, 2017 08:42 am (UTC)
Путин находился в состоянии алкогольного опъянения ?
RomanObuhov_2
May. 14th, 2017 11:12 am (UTC)
Ибо примером "вождь и учитель" ЕБН ?)
onir
May. 14th, 2017 07:59 am (UTC)
Поклон Клио
Да, Лев Рэмович, Клио, вне всяких сомнений, Ваша близкая знакомица.

А за "Аргентинскую комиссию" по освобождению Украины - отдельное мерси! :)
( 21 comments — Leave a comment )

Latest Month

November 2019
S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner