ЛВ (putnik1) wrote,
ЛВ
putnik1

Categories:

ИСТОРИЯ О (34)



Продолжение.
Ссылка на предыдущие главы
здесь.




Те же и бранзулетка

Начали без отлагательств, в «параллельном режиме»: воюющие стороны обсуждали свои дела на основе схемы, предложенной Великими Силами, передавая проекты согласованных пунктов «старшим», а «старшие», - министры иностранных дел шести Великих Сил, - обсудив, решали да или нет. В случае единогласия посылая «статьи» на утверждения своим правительствам, а если возникали сложности, возвращая бумаги «младшим» на доработку.

С самого начала исполнили обещание, данное сэрами Рейхам и требовавшей того же Италии: постановили Сербию к морю не пускать, создав автономную Албанию в составе Порты под совместным контролем держав. На вопрос сербов, возражать не посмевших, ибо Россия все разъяснила, с какой стати албанцы должны на шару получить то, что оплачено сербской кровью, мягко ответили, что так надо, а про компенсации пусть поговорят с болгарами, у которых теперь земель будет столько, что сам Бог делиться велел. А что все уже поделено в соответствующем договоре, так болгары должны войти в положение и внести в договор поправки.

Белград покосился на Петербург, Петербург, пожав плечами, тяжко вздохнул, и сербские делегаты, коснувшись этой грустной темы в беседе с болгарскими, увидели в ответ вежливый кукиш, после чего атмосфера братской сердечности сильно увяла. Взялись за турок. Победители, безрадостно признав, что Албании – быть, требовали взамен практически всего, что еще оставалось у Порты в Европе, - сдачи Адрианополя болгарам, а островов Эгеиды грекам, - не замахиваясь разве лишь на сам Стамбул. Со своей стороны, Турция, на многое готовая, по этим вопросам не шла ни на какие уступки.

Примерно тогда же, после одного из заседания, Сергея Сазонова попросил о встрече румынский посол по особым поручениям, тоскливо тусовавшийся около зала заседаний, куда его никто и не думал звать. Встретились в баре. Многократно поблагодарив за любезность, гордый потомок римлян уведомил Сергея Дмитриевича, что срок военной конвенции с Веной истек и продлевать его Румыния не намерена, так что теперь она уже не потенциальный противник, а потенциальный друг...

Но за все надо платить. А вполне приемлемой ценой за дружбу была бы Южная Добруджа, на которую Румыния имеет полное право, поскольку не пользуется тем, что Болгария занята, и не бьет ей в спину, и хотя могла бы. А если не вся Добруджа, так хотя бы город Силистра. И если София, которая сейчас все равно станет намного богаче, проявит добрую волю, Бухарест готов даже подумать о союзе с Болгарией против Австрии, а если не проявит, так конвенция с Веной будет продлена, - и кстати, турки тоже просят помочь.

Недоуменный вопрос главы МИД насчет как быть с тем, что в желаемом румынами регионе живут сплошь болгары, г-н Радулеску парировал весьма изящно, пояснив, что «Это вовсе не болгары, а оболгаренные румыны, которые будут счастливы вернуть себе свое старое лицо, а правительство Румынии им в этом охотно поможет».

Шантаж был классический. «Цыганский», как писал позже глава российского МИД. Но очень не ко времени. Срок русско-болгарской конвенции тоже истекал, в связи с войной продление отложили на потом, и ситуация складывалась неприятная. В том, что Бухарест, получив отказ, ударит болгарам в спину, облегчив положение турок, после чего спрячется за спины Рейхов, Сергей Дмитриевич ничуть не сомневался, - «Поступив иначе, румыны перестанут быть румынами», сказал он в те дни своему секретарю, - а допускать этого никак не следовало. К тому же, по личным каналам министр знал, что в Бухаресте и Софии оживились венские и берлинские дипломаты, щупая почву для сближения двух столиц на основе «Добруджа – румынам, компенсация – за счет сербов и греков».

Оставалось только искать вменяемый компромисс, известив Софию и попросив обдумать вопрос без эмоций, поскольку ситуация нехороша, и заверив, что взамен, - если болгары «взвесят всё», - Петербург додавит турок до капитуляции и гарантирует поддержку в неизбежных спорах с сербами по Македонии, а равно и с греками по Беломорью.

Совсем без эмоций в Софии, конечно, не получилось, однако политики всё же попросили военных быть объективными, и военные объяснили, что от таких говнюков, какие сидят в Бухаресте, удара в спину вполне можно ждать, а в этом случае придется снимать войска с фронта. И хотя румын опустят жестоко, турки отобьют многое из уже потерянного, а сербы с греками займут кучу «бесспорно болгарского». Так что, пусть г-н Гешов подумает об уступках, конечно, не всей Добруджи, - но с Силистрой, ежели турок будем добивать, видимо, придется расстаться. И г-н Гешов, запросив Его Величество, угрюмо сообщил г-ну Сазонову, что вопрос о Силистре можно обсуждать, но Болгария надеется, что столь болезненную уступку г-н Сазонов оценит по достоинству.



Ярмарка тщеславия

И г-н Сазонов оценил. Турки, упрямо твердившие «Эдинрненяш», были «с искренним огорчением» уведомлены, что ежели Порта «настаивает на продолжении кровопролития», Российская Империя «не может гарантировать сохранение своего нейтралитета». С намеком на то, что, хотя русские войска на Кавказе движутся к границе исключительно в мирных целях, с турецкой стороны может случиться всякая провокация, а на всякую провокацию ответ будет только один.

Представители Порты бросились к сэру Артуру Грэю, но услышали, что в кавказские терки Англия лезть не намерена, бросились к французам, выслушали то же, итальянцы вообще не поняли, о чем речь, австро-венгерская делегация заявила, что «Адрианополь – болгарский», мгновенно уведомив Софию о своей позиции и желании дружить, а люди из Берлина от контакта неожиданно уклонились, - и турецкая делегация, все осознав, стала очень уступчива. Но...

Но через три дня, 23 января 1913, в Стамбуле случился военный переворот, организованный младотурками при активной помощи германского посольства, и новый премьер, Махмуд Шевкет-паша, заявил, что Порта не считает себя побежденной и требует начинать переговоры с нуля. В тот же день, Теобальд Бетман-Гольвег, канцлер Рейха, выразив обеспокоенность «ничем не мотивированной концентрацией российских войск на кавказской границе», предупредил Петербург о том, что «любую военную активность России в Азии сочтет угрозой для мира в Европе».

Все было понятно, - и 29 января делегаты союзников вручили новому главе турецких переговорщиков ноту о прекращении «бессмысленных прений», а 3 февраля орудия заговорили вновь. Теперь у руля в Турции стояли серьезные, решительные люди, военные по профессии и призванию, и они хотели побеждать. Но все равно не получалось, словно пятисотлетняя ненависть обрела материальные формы.

Попытка наступления с Чаталджи на Адрианополь провалилась, причем, в ходе боев болгары впервые в военной истории применили воздушные бомбардировки наступающего врага. Затем сбросили в море высаженный в своем тылу турецкий десант. И наконец, 26 марта, после решительного штурма с участием подошедших (правда, без просьбы) на помощь сербов взяли Адрианополь, а греки тем временем заняли мощную крепость Янину, очистив от турок весь Эпир.

После чего уже ничто не препятствовало добиванию Порты, кроме, к сожалению, накапливавшегося взаимного недоверия союзников и, разумеется, давления извне. Румыния требовала Силистру прямо сейчас. Греция, заняв Салоники, откуда очень кстати для них ушла под Чаталджи болгарская дивизия, сообщила, что не намерена обсуждать с Болгарией, кому город принадлежит, ибо он греческий, и точка. А действия сербов в Македонии не позволяли сомневаться в том, что они, - опять же, вопреки договору, - всерьез закрепляются не только в своей «бесспорной» зоне, но и в «спорной», и даже в «бесспорно» болгарской.

Следует, впрочем, сказать, что сербы, в отличие от греков и румын, все же мотивировали свои действия по-людски. Не с бухты-барахты,  а ссылаясь на участие во взятии Адрианополя. Типа, болгары, по договору, должны были взять сами, а взяли при помощи сербов, помимо прочего, взявших в плен турецкого командующего Шукри-пашу, которого, к слову, взяли в плен как раз болгары. В связи с чем, сербам ответили «нет», и сербы ушли, но в обиде.

Впрочем, в смысле «Хочу все» первенство уверенно держала Болгария. Упоенный чередой успехов, Фердинанд сиял и звездился, то и дело поминая, что «и наш славный пращур Симеон, и наш славный пращур Калоян по праву именовались василевсами болгар и ромеев», не скрывая, что намерен завершить войну не иначе, как императором «Целокупной Болгарии», и в подтверждение на Чаталджи уже шли свежие дивизии с тяжелой артиллерией, противопоставить которым у турок было нечего, и турки вновь запросили мира, однако болгары продолжали идти вперед, - и тут уже всерьез встревожилась Россия.

Ничего странного. В отличие от Карагеоргиевичей и Николы, к Петербургу привязанных накрепко, София считала себя равноправным партнером, и в случае полной победы уже не стала бы слушать ничьих советов. Хуже того, могла бы стать региональным гегемоном, диктующим политику Белграду и Афинам, - то есть, занять традиционную поляну России, а следовательно (чтобы играть с Россией на равных), протянуть руку Вене. Такая вероятность просчитывалась на раз, а если бы и не просчитывалась, о ней было кому напомнить.

«В случае полной победы, - предупреждал начальство Павел Демидов, посол в Афинах, - Болгария, силою противоречий с сербами и вражды с греками, сделается орудием в руках Австрии… А вот в случае поражения или хотя бы ослабленной победы, она обратит свои взоры к России. Сговорчивой она может быть только в силу необходимости… её верность   прямо пропорциональна её неудачам и обратно пропорциональна её успехам».

Послу вторил Николай, кронпринц Греции, писавший лично русскому тёзке: «Если такое случится, мира не будет никогда. Болгария, став почти вдвое больше Греции, не уймется. Рано или поздно она сомнет Грецию и нападет на Сербию, или наоборот… Я полностью уповаю на тебя, зная, что ты сделаешь все возможное, чтобы защитить интересы нашей страны, отчасти ради самой Греции, но и величия России, а также в память дорогого папы».

О том же строчили в Петербург сербы, а румыны и вовсе заявили, что чем больше приберет под себя Болгария, тем больше они возьмут за нейтралитет, и ждать не намерены: срок – две недели. В итоге, при личном участии Государя, предупредившего, что болгары, сунувшись в Стамбул, увидят там российских моряков, Фердинанда удалось урезонить. Но под честное слово, что Россия убедит Белград уйти из «бесспорно болгарской» зоны Македонии. И в полдень 16 апреля Болгарией заключила перемирие с Турцией, а 20 апреля перемирие подписали  греки с сербами.



При полном сопротивлении сторон

Вновь начались переговоры в Лондоне. В том же составе. Не было только черногорцев: король Никола, уверенный, что родственники из Петербурга в обиду не дадут, продолжал осаду Шкодера. Вена занервничала, однако Лондону удалось снять напряженность, и Великие Силы приказали Негошу уняться. Старый король, по словам Сазонова, «готовый разжечь пожар мировой войны, чтобы поджарить себе яичницу», ответил коротко и ёмко.

Узнав ответ, державы направили к побережью Черногории флот, чтобы припугнуть, однако Никола, вновь ответив в том же стиле, но еще краше, договорился с Эссадом-пашой, комендантом крепости и влиятельным албанским крюе, и тот сдал Шкодер черногорцам в обмен на признание себя королём Албании и обещание Николы помочь завоевать все «королевство».

В итоге, общими усилиями упрямца все же уболтали, пообещав не обидеть, и 14 мая город перешел под международный контроль, - однако этот нюанс, в сущности, не был принципиален. Решались вопросы куда более важные, и решать их было крайне сложно, поскольку, как известно, берешь чужое и ненадолго, а отдаешь свое и навсегда.

Румыны, как было уговорено, получили Силистру, но обиделись, что не всю Южную Добруджу, однако болгары обиделись еще больше, и понять их, согласитесь, можно, Бухаресту было велено не мелькать. С Албанией, как сферой интересов Великих Сил, все уже было решено, тут споров не было. На их же усмотрение оставили судьбу Эгейских островов, и всем было ясно, что Лондон подыграет своим сателлитам, а Франция его поддержит в пику Италии. Естественно, ободрали как липку турок, из всей бывшей роскоши оставив Порте в Европе только Стамбул и побережье проливов.

Но истинным камнем преткновения на конференции стал вопрос о разделе Македонии. В юридическом плане, позиция Софии была безупречна: она настаивала на строгом соблюдении условий договора 1912 с Сербией, согласно которому долю от добычи следовало определять в соответствии с вкладом в общее дело и количеству жертв, а здесь у болгар были все преимущества. Тем паче, что ведь им ради общего дела пришлось пожертвовать Силистрой.

Однако сербы и примкнувшие к ним греки возражали. Без аргументов. Просто потому, что жаба давила. А когда журналисты все же загнали сербскую делегацию в тупик, кронпринц Александр честно сказал, что, да, с юридической точки зрения, из «бесспорно болгарской зоны» войскам его страны следует уйти, но Белград не намерен отдавать Софии «ни дюйма, ни лужи, ни камешка», ибо там, куда серб пришел, там Сербия, а если София не согласна, пусть попробует отнять силой.

В итоге, переливание из пустого в порожнее достало всех, и 30 мая сэр Артур Грэй, модератор конференции, заявил, что задача собравшихся – заключить мир с Турцией, которая ни против чего не возражает. Следовательно, кто готов, прошу к столу, вот документ, вот перо, и покончим с этим. Что касается всего прочего, то это уже проблема победителей, а по мнения Великих Сил, все споры должно решать, мирно и полюбовно.

В общем, делитесь, господа, и размножайтесь. Желательно, как договорились в 1912-м, - под эгидой, а если понадобится, при арбитраже России, которой, надеюсь, все собравшиеся верят. Британия, во всяком случае, верит. Франция тоже. Точка. Кто не согласен,  «пусть лучше покинут Лондон». Несогласные есть? Нет? Аll right. Прошу подписывать, банкет через час, всем спасибо.

Продолжение следует.
Tags: болгария, ликбез
Subscribe

  • НЕСЧАСТНЫЙ СЛУЧАЙ

    " Судя по всему, и это очень печально, Украину медленно, но верно превращают в какой-то антипод России, в какую-то Анти-Россию, в какую-то…

  • ЗМАГАРСКАЯ ТРАГЕДИЯ

    На первый взгляд, мелкотемье, которое, поскольку все давно понятно, в общем, уже и неинтересно, однако данный конкретный сюжет до такой степени…

  • ПО МНЕНИЮ ГЕНЕРАЛЬНОГО СЕКРЕТАРЯ

    " We would very much welcome the Sputnik [V] vaccine being recognized by the WHO. And I know that the process, the dialogue is taking…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 77 comments

  • НЕСЧАСТНЫЙ СЛУЧАЙ

    " Судя по всему, и это очень печально, Украину медленно, но верно превращают в какой-то антипод России, в какую-то Анти-Россию, в какую-то…

  • ЗМАГАРСКАЯ ТРАГЕДИЯ

    На первый взгляд, мелкотемье, которое, поскольку все давно понятно, в общем, уже и неинтересно, однако данный конкретный сюжет до такой степени…

  • ПО МНЕНИЮ ГЕНЕРАЛЬНОГО СЕКРЕТАРЯ

    " We would very much welcome the Sputnik [V] vaccine being recognized by the WHO. And I know that the process, the dialogue is taking…