ЛВ (putnik1) wrote,
ЛВ
putnik1

Category:

В ПОСЛЕДНИЙ ЧАС



По поводу космической отрасли было сказано буквально следующее: "по доходам от коммерческих запусков и по самим запускам мы находимся примерно на 20-м месте". Тут уж моё сердце государственника не выдержало, и я говорю: "На первом мы, Анатолий Борисович".
- На первом? По запускам?
- Да.
- А по доходам?
- Ну, раз американцы (второе место) летают на наших двигателях - вероятно, и по доходам первое.
- НА ДВАДЦАТОМ! - припечатал АБЧ, и решил я дальше не спорить, чтоб детишек не дезориентировать
.

Это очень хороший материал. С чеканным, многое объясняющим выводом. Автору за эскиз с натуры низкий поклон. А мне по прочтении вспомнилось кое-что, к Анатолию Борисовичу никакого отношения вроде бы не имеющее. Хотя как сказать...

Так уж вышло, что в давние-давние годы я имел счастье пообщаться с людьми, друзьями деда, близко знавшими маршала Будённого в последние годы его славной и очень долгой жизни. Естественно, расспрашивал. Ответы были самыми теплыми, с уважением и любовью. Дед, рассказывали, был веселый, незлобивый, без заносчивости, если просили чем помочь, никогда не пренебрегал. Любил, правда, потравить байки про себя, героического, но с полным на то правом. И только одного не выносил категорически: если при нем вспоминали Думенко.

Не то, что добрым словом, а вообще. О Миронове говорил охотно, подробно и тепло, даже до реабилитации, жалел, бранил его погубителей, а вот стоило кому-то неосторожно сказать хоть словцо насчет Думенки, и старика клинило. Имени его он и сам не называл, и слышать не хотел, а молодого ростовского журналиста Карпенко, приехавшего, чтобы порасспросить маршала о его когдатошнем командире, выгнал чуть ли не саблей.

И даже после запоздалой реабилитации комкора, твердил: дескать, "враг, предатель, предатель, предатель", настаивая, что был прав. Хотя легко мог бы свалить всю ответственность за смерть Бориса Мокеевича на Жлобу, как в официальной версии, или хотя бы на Пискарева, - все равно: "предатель, враг, враг, враг", - и волновался так, что приходилось звать врача с таблетками.

И только в самые последние сутки, уже в бреду, никого уже не узнавая, Семен Михайлович, отмахиваясь слабыми руками от кого-то, видного только ему, кричал: "Борька, уйди!.. не пойду!.. с тобой не пойду!.. не казни!... не казни!", и бранился страшной бранью, и умолял простить, и снова, и снова, пока хватало голоса, молил: "Не казни!".

Мне нечем подтвердить сказанное. Но, думаю, старым людям незачем было врать любопытному пацану, заочно обожавшему Буденного и даже не знавшему, кто такой Думенко...
Tags: былое и думы, изнанка тьмы, подсознательное
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 77 comments